Лидер группы «Крематорий» Армен Григорян: «Самое страшное для музыканта — пойти по пути самоплагиата»

Лидер группы «Крематорий» Армен Григорян: «Самое страшное для музыканта — пойти по пути самоплагиата»

10.01.2012 18:28

 

Отметившая на днях свое 28-летие культовая российская рок-группа «Крематорий» впервые выступила в Симферополе. Перед долгожданным концертом легендарных московских рокеров в новом столичном арт-клубе Under the Ocean с журналистами пообщался основатель и бессменный лидер группы Армен ГРИГОРЯН.

— Трудно поверить, что это ваш первый концерт в Симферополе…

— (Разводит руками) Все-таки первый. Но, прошу заметить, не первый в Крыму. Пару лет назад мы выступали на одном очень хорошем фестивале в Балаклаве, нынешним летом там же у нас был еще один концерт. Собственно, Балаклавой до сегодняшнего дня наша концертная деятельность в Крыму и ограничивалась. Почему? Сложно сказать. Наверное, просто все еще у нас впереди (улыбается).

— А если абстрагироваться от концертной деятельности?

— Мне было, наверное, лет шесть, когда с родителями впервые оказался в Феодосии. Правда, из Крыма мы очень быстро уехали: у меня начались какие-то непонятные проблемы с легкими. Но яркие впечатления, конечно же, остались. Самое удивительное: даже не от первого свидания с морем, а от посещения картинной галереи Айвазовского (улыбается). В молодости тоже в Крыму нередко бывал (кажется, чаще в Алуште), но, буду честен, практически ничего из того периода не помню: алкоголь создавал хорошее настроение, но изрядно мутил сознание.

— Что за программу вы подготовили для крымской публики?

— Уже лет пять, как мы не используем плей-листы на своих концертах. Это пьеса, которая пишется прямо на сцене. Все зависит от акустических возможностей зала, от настроения зрителей.

— За 28 лет в группе сменилось полсотни музыкантов…

— Мне кажется, даже больше (улыбается). Я бы разделил творчество «Крематория» на три этапа. В первом, студенческом, моими коллегами по группе были соседи, собутыльники и какие-то приблудившиеся люди. Второй начался с 1986 года, когда «Крематорий» наконец-то обзавелся профессиональным составом музыкантов — он практически не менялся на протяжении 20 лет. Третий, который сейчас продолжается, начался лет пять назад, когда я резко изменил отношение к жизни. Мне стало совершенно не интересно работать на одной сцене с пьяными музыкантами, и я объявил в группе сухой закон. Не удивительно, что не всем это понравилось, и с рядом коллег пришлось расстаться. Я бы назвал этот период самым приятным: я получаю удовольствие прежде всего от музыки.

— Но этот период — не самый плодотворный для вас в творческом плане…

— Возможно. Хотя альбом «Амстердам», который я считаю лучшим альбомом «Крематория», появился как раз в этот период. «Крематорий» существует 28 лет, в нашем творческом багаже 14 альбомов. Если выпускать что-то новое, то это действительно должно быть что-то новое. Мы никогда не уподобимся нашим известным коллегам (речь, в частности, идет о Борисе Гребенщикове. — Ред.), которые старые фрукты заливают кипятком и выдают это за новый напиток. Самое страшное для музыканта — пойти по пути самоплагиата. Чтобы сделать в творческом плане очередной шаг вперед, предполагается некое ожидание. В ближайшем будущем выпускать новый альбом мы не планируем, хотя в январе, открою секрет, выйдет сингл.

— Считается, что каждая ваша песня несет зашифрованное послание — месседж, как сейчас модно говорить…

— Конечно же, рассказывая ту или иную историю, мы делимся своим мировоззрением. Но каждый уже домысливает ее по собственному усмотрению. В Израиле мы, например, встретили самого настоящего сексуального маньяка, который «разгадал» тайный смысл песни «Лепрозорий». Если искать зашифрованные послания, можно очень далеко зайти.

— Когда в последний раз вы испытывали адреналин?

— Отношение к жизни у человека со временем меняет. Если раньше адреналин был для меня сиюминутным, то сейчас — долгоиграющим. Недавно я два с половиной часа смотрел на Ниагарский водопад — это было продленное чувство эйфории.

— А эйфория от выхода на сцену со временем не притупляется?

— Когда превращаешься в ремесленника, все притупляется. Чтобы, например, получать удовольствие от секса, нужно любить партнера. А чтобы влюбиться — необходимо время. Мы сейчас не так часто выходим на сцену — отказываемся от 90 процентов предложений. Энергия — она ведь не безгранична: ее нужно предварительно накопить, чтобы потом выплеснуть на концерте.

— Есть такое метафизическое понятие — муза. Что для вас является вдохновением в творчестве?

— Я согласен с французским писателем Альбером Камю, однажды сказавшим, что для любого художника прежде всего важна зацепка: чтобы создать что-то выдающееся, иногда достаточно красивых женских глаз или умных слов случайного собеседника. Внутри каждого художника обязательно существует огонь, который стремиться вырваться наружу. И произойти это может в любой момент — даже при выходе из ресторана.

— Принято считать, что русский рок — это нечто особое…

— К сожалению, рок у нас не получил того развития, которое, наверное, должен был получить. Как и в автомобильной отрасли, мы в нем отстали от Запада навсегда. Когда слушаешь группу Muse, понимаешь, насколько далеко ушло человечество вперед. У нас нет ни одного музыканта, который бы мог стать мировым брендом. А то, что кто-то рвет на себе рубашку и говорит о русском роке — это такая местечковая история, которая никому не интересна. У нас мало кто поет, все в основном себя только рекламируют.

— Что вы сейчас слушаете?

— Muse я уже упомянул. А так в основном всякую альтернативу с Британских островов.

— Вы начинали с квартирников. Признайтесь, давно играли в домашней обстановке?

— Если кто-то из домашних попросит меня сыграть, сразу же получит под воротник (улыбается). Дома я уже очень давно не играл. В последний раз, кажется, это было, когда еще моя дочка Аннушка на горшок ходила — «крематорские» песни этому весьма способствовали (смеется).

— Что означают перстни на вашей левой руке? Правда ли, что вы надеваете их только на концерты?

— Сейчас концерт? (Смеется). Это подарки. Один из перстней мне подарил епископ, второй — чародей. Перстни, между прочим, живут между собой мирно и странным образом помогают мне различать добрых и злых людей.

— Вас трудно представить без шляпы. Сколько их в вашем гардеробе?

— Честно говоря, не считал. Много. Даже очень много: дома у меня целая стена заставлена коробками со шляпами. Я их, кстати, практически никогда специально не покупаю — в основном это тоже подарки.

— В свое время вы едва не стали профессиональным футболистом. Не жалеете, что не стали? За кого сейчас болеете?

— Думаю, я сделал правильный выбор. В футболе нет мелочей, и с моим не очень хорошим зрением, наверное, я бы вряд ли самореализовался в этом виде спорта. Сейчас футбол практически не смотрю, разве что английскую премьер-лигу иногда (к российской в последнее время вообще потерял интерес). Соответственно, ни за кого не болею. Хотя, повторюсь, к красивому футболу отношусь с большим уважением — это великая игра.

— Хотелось бы услышать ваше мнение о том, что ныне происходит в политической жизни России.

— У нас есть песня «Гиена огненная». Мне кажется, она сейчас как никогда актуальна. То, что произошло во время выборов в России, — это невероятный фарс, вопиющее издевательство над народом. И никто за это, будьте уверены, не понесет никакой ответственности. Хотя, по идее, в первую очередь должен ответить президент, который является гарантом конституции. Знаете, в России к этой власти, проводящей, без преувеличения, людоедскую политику, сейчас такое отвращение…

— Но народ, тем не менее, молчит…

— Это закончится или диктатурой, или бунтом. Русский народ, конечно, терпеливый, но у каждого терпения есть предел.

— Если все-таки наступит диктатура, вы уже присмотрели себе комфортное местечко где-нибудь в другой стране?

— На этой планете достаточно мест, где я чувствую себя комфортно. Другое дело, что долгое нахождение вне России мне не доставляет удовольствия. Пока, во всяком случае.

— Впереди новогодние праздники. Ваши пожелания крымчанам.

— Только самые светлые. Если будет скучно — заходите к нам в «Крематорий» (смеется).

Досье

Группа «Крематорий». Образовалась в 1983 году в Москве. Считается одним из самых ярких представителей российского рока (вальс-рок, фолк-рок, арт-рок, психоделический рок). Выпустила 14 номерных альбомов. К самым известным хитам группы относятся такие песни, как «Мусорный ветер», «Безобразная Эльза», «Маленькая девочка», «Сексуальная кошка», «Крематорий», «Лепрозорий», «Таня», «Клубника со льдом», «Аутсайдер», «Хабибулин», «Кондратий», «Последний шанс», «Три источника», «Катманду» и др. На протяжении всего времени существования «Крематория» ее лидером является Армен Григорян.

Источник: http://www.photolib.in.ua
Автор: Александр Рыженко
Дата:13.12.11 

< Предыдущая		Следующая >